: : Разделы сайта : :
: : Календарь : :
«    Декабрь 2014    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 
: : Баннеры партнеров : :
Баннер

Обратная связьСвязь с администрацией


:: Из других источников ::
: : Опрос сайта : :
: : Облако тегов : :
: : Популярное : :
ЧТО ТАКОЕ РЕФОРМЫ?
ЧТО ТАКОЕ РЕФОРМЫ?


В понимании самой категории «реформа» мы присоединяемся к методологу С.В. Попову, который структурирует ее следующим образом:

1. Имеется представление о желаемом будущем, что необходимо, но недостаточно: модель может быть и безответственным прожектом, и революционной - а не реформистской.

2. Имеется реалистическое представление о том, что имеется в действительности.

3. Имеется установка на «ненасилие» по отношению к наличной ситуации.

Вместо того чтобы насильственно переделывать существующую действительность, подминать настоящее под образ будущего, подлинный реформатор пытается быть не гончаром, формующим глину «человеческого материала» под свои идеальные модели, но сеятелем, засевающим почву настоящего семенами будущего, или садовником, прививающим к подвою настоящего привой будущего. Чтобы реализовать такой подход, требуется не только уважительно относиться к наличной действительности, сколь бы ни была она далека от наших идеалов, но и

4. уметь реалистически работать со своими представлениями о будущем.

Нужно, прежде всего, уметь «сворачивать» свои представления о желаемом будущем в некоторые минимальные элементы, в некоторые «клеточки», которые уже сегодня можно внедрять при минимальном сопротивлении материала действительности. Нужно уметь выделить из модели будущего некую «почку роста», которую уже сегодня можно привить к социальной реальности, ростовую почку, которая легко приживается к подвою, содержа в себе, как в зародыше всю развернутую модель будущего.

В процессе такой прививки и подвой и привой, и зародыши будущего и наличная ситуация начинают изменяться, изменяя друг друга в процессе взаимной адаптации. Инновационный сектор, не ломая наличную ситуацию, не растрачивая зря свои еще слабые силы на борьбу со старым, постепенно начинает расти, оттягивая ресурсы от традиционных секторов общества, распространяя в них, в свою очередь свои идеи через попытки подражания, моду, конкуренцию и т.д. Продолжая метафору: соки привоя начинают влиять на подвой и наоборот. Экономисты называют такой способ внедрения инноваций созданием точки роста. Нужна работающая «машинка», лавинообразно захватывающая соседние пласты реальности.

А) Именно эту технологию изменения действительности и только ее предлагается называть реформами. Ретроспективно же, так сказать, «если получилось» такую ситуацию и называют развитием. Пока же «еще не получилось», пока мы еще находимся «внутри процесса», тогда то, что завтра может быть названо развитием, сегодня еще называется проектами и программами.

Б) Если же «модель» пытаются внедрять без учета сопротивления ситуации, это не реформа, а трансформация.

В) Если же отсутствует технология «прививки» и делается ставка на силу самовнедряющейся истины, естественный ход событий, чиновничью дисциплину или что-то еще, это псевдореформа, захлебывающаяся в «болоте» стихийного сопротивления «силы вещей».

Нужны ли реформы?

Курс реформ, предлагавшийся кыргызскому обществу экс-президентом А.Акаевым, - есть трансформация, органично переходящая в псевдореформу.

Трансформацией он являлся по декларируемому замыслу, поскольку почти не считался с наличными условиями и не пытался опереться на реальные интересы кыргызского общества (если не считать за социальную опору «семейный круг», занимающийся первоначальным накоплением на растаскивании госсобственности).

Псевдореформой он является по реальному исполнению, поскольку никаких реальных рыночных институтов не создал, а просто использовал рыночную фразеологию для прикрытия стихийного процесса развала советской социально-производственной системы в условиях прекращения планово-централизованного перераспределения ресурсов.



ПОЧЕМУ В КЫРГЫЗСТАНЕ НЕТ СУБЪЕКТА РЕФОРМ?



Основная причина трудностей всех либеральных реформ: реформаторы рассчитывали на то, что подчиненное им чиновничье сословие будет проводить в жизнь спущенные сверху планы реформ так же ревностно, как оно прежде исполняло текущие циркуляры высокого начальства. Эта иллюзия игнорировала принципиальные различия между работой чиновничьего аппарата в режиме «текучки» и в режиме инновационной работы:

*
Во-первых, чиновники обычно плохо понимают, чего от них хочет начальство.
*
Во-вторых, они никогда не были ни как частные лица, ни как корпорация в целом заинтересованы в успехе любых крупномасштабных преобразований.
*
В-третьих, когда до них доходит цель реформ, они понимают из этого только одно - что эти мероприятия идут им во вред.

Одновременно, имелся расчет на «активизацию» населения, называемого почему-то «гражданским обществом». Однако незаинтересованности чиновничьей корпорации сопутствует традиционная пассивность (отсутствие предприимчивости, и даже - клиентела: главное найти, кто тебя будет кормить, а ты его славить) основной массы населения относительно любых социальных проектов, требующих гражданских инициатив.



Поскольку в Кыргызстане единственным субъектом, как функционирования, так и преобразования общественной жизни почти всегда являлись «семейно-родственные группы», то никакого механизма саморазвития в государстве до сих пор не сложилось. То, что относится к неправительственному сектору, обычно не имеет функции целеполагания, и потому также не является субъектом. Результатом этого отсутствия механизма саморазвития, или, если хотите, гражданского общества, является то, что и на сегодняшний день никакие реформы без активной роли государства невозможны.



Отсутствие механизма саморазвития приводит к отсутствию, каких бы то ни было «институтов согласия», - способов переговоров и согласования интересов между социальными группами. Роль единственного посредника в спорах между разными группами выполняло, в основном, патерналистское псевдо-государство, т.е. группа, находящаяся в данный момент у власти, и потому воспринимаемая другими группами как конкурент, временно захвативший место власти. В результате, семейно-родственные группы оказались вовлеченными в процесс бесконечной «гонки перераспределения» контролируемых ими ресурсов, не умея понять, что такая гонка не способна сегодня не только увеличивать, но даже сохранять на наличном уровне имеющиеся ресурсы.



КАК ВЫРАСТИТЬ СУБЪЕКТА РЕФОРМ?



Какую же стратегию могут избрать политические (?) силы, пытающиеся работать с широкими слоями населения не на уровне только пропаганды?

Во-первых, необходимо чтобы управленческий слой занялся реформированием социально-производственной системы, переводя ее на экономические отношения.

Во-вторых, необходимо реформирование системы государственного управления и социальной сферы, а не фантазирование на не имеющие никакого отношения к реальной реформе необязательные темы, такие, как рынок, либерализм и прочий идеологизм. Объектом политического управления должен стать именно сам аппарат, а целью управления - создание таких условий, при которых чиновничья корпорация как «социальная машина» будет вынуждена и сможет провести реформы. Это и есть контроль общественности за системой управления.

В-третьих, уже сегодня там, где живут люди (а не в системе административного руководства делами государства) можно создавать структуры жизнеобеспечения, построенные на принципах, проистекающих из кыргызской культурной традиции, но с современными технологиями управления. Эти структуры смогут составить конкуренцию директивной системе управления, как это и бывает в странах, более удачливых по части развития гражданского общества. Чтобы в принципе не допустить повторения в будущем той ситуации, когда аппарат оказывается единственным хоть как-то структурированным субъектом реформ, как это обстоит сегодня.

Для решения этих задач: контроля общественности за деятельностью властной корпорации и создания неправительственных систем жизнеобеспечения населения, необходимо быть чрезвычайно осторожными по части разрушения уже существующих социальных структур. Это не должно быть утопическое конструирование абсолютно новых институций (по определению, они не приживутся), а использование существующих управленческих структур и полуобщинных «коллективов» в новых функциях.

Задачей проектирования становится поиск новых функций, которые легитимно и прозрачно придаются существующим социальным институтам, поиск социальных институтов, могущих выполнять запроектированные новые функции, анализ происходящих в стране процессов - под углом зрения возникающих в процессах стихийной самоорганизации «зародышей» принципиально новых решений. Самое важное - поиск новых горизонтальных связей и систем их замыкания между существующими институциями и зародышевыми субъектами.

Задача контроля общественности за деятельностью чиновничьих структур есть либеральная классическая задача создания эффективного, но минимального государства как неизбежного зла. Задача же построения альтернативных систем жизнеобеспечения населения (с претензией на конституирование механизма саморазвития гражданского общества) есть классическая задача кооперативного социализма.

Таким образом, любой проект институциональных реформ в сегодняшней стране-Кыргызстан неизбежно оказывается либерально-социалистическим, или социально-либеральным. И никакой даже претензии на демократию за пределами этой склейки и быть в принципе не может, пока не простроены соответствующие институты. Поэтому не чьи-то личные и групповые убеждения заставляют предпочитать, выбирать и конструировать социально-либеральный путь развития, а специфика кыргызской ситуации вынуждает проектировщика реформ ориентироваться на социал-демократические ценности, понимая их предельно широко, вплоть до «либерализма».



КАК «ОРЕФОРМИТЬ» СТРАНУ?



Понемногу сама ситуация псевдофеодальной раздробленности страны вынуждает руководителей каждой региональной «пирамидки» начать переговорный процесс, ибо чисто силовых рычагов, позволяющих подавить оппонента, в большинстве регионов нет. Одним словом, процесс одновременного формирования гражданского общества и государственности пошел. Но трехсторонние, и более, всевозможные совещания и «круглые столы» пока неэффективны и нелегитимны, и, стабилизируя что-то одно, тут же разваливают одновременно нечто жизнеобеспечивающее. Возникает вопрос: можно ли хоть как-то поставить этот переговорный процесс под контроль общества или по мере сокращения ресурсов страна обречена на все более кровавые и мерзкие кланово-«мафиозные» разборки? Можно попытаться легитимизировать эти процессы. Под контролем местных авторитетных собраний «лучших людей» (инсан) можно и нужно начать создавать своего рода многосторонние холдинги держателей социальных ресурсов.

Разумеется, это будет мало похоже на модель разделения властей и «многопартийную плюралистическую демократию», но пока не удастся обеспечить некоторых элементарных механизмов сословного представительства, никакого реального шага к гражданскому обществу мы не можем сделать. То, что может предложить обладающая чувством социальной ответственности сила, желающая практически работать с населением, а не только с некими «элитами», это институционализировать стихийно происходящий переговорный процесс, ведущий к утверждению региональных субъектов.

Такая институционализация позволит соединить все наличные ресурсы, сделать за счет кооперации их набор достаточным, сильно сократить накладные расходы натурализирующегося хозяйства, сделать реально происходящие процессы переструктурирования хоть в какой-то степени легитимными и прозрачными, и тем самым минимально поставить их под контроль вменяемой части населения.

Эта институционализация могла бы выражаться в официальном создании в каждом регионе многостороннего совещания держателей ресурсов как официального института, учрежденного региональным Курултаем или Масилетом, и подконтрольного ему как единственному легитимному органу власти на территории региона (в противоположность областям и районам). В это расширенное региональное правительство помимо администрации будут входить официально уполномоченные представители аграрного, торгового и производственного бизнеса, союзов предпринимателей, местного самоуправления и обществ потребителей, а также представители айыл окмоту и администраций малых городов. Такое правительство социального представительства и будет держателем-распорядителем вышеупомянутого холдинга финансов и ресурсов, причем тип распоряжения ресурсами региона будет зависеть от выбранной стратегии регионального развития.

Этот процесс было бы несложно распространить на Кыргызстан в целом. Для этого достаточно двух вещей:

*
чтобы хоть в нескольких регионах этот процесс был успешно запущен и
*
начались институционализированные (и выведенные на свет), межрегиональные совещания.

Единственное дополнительное полномочие, которое на самом деле сегодня не достает нашим региональным элитам, это достоверной информации о положении в других регионах, начальству которого можно было бы минимально доверять. Подобный процесс неизбежно приводит к созданию неких межрегиональных хозяйственных ассоциаций.

Таким образом, из обычного материала склок и интриг может быть запущен путем его легитимации и институционализации кыргызский переговорный процесс, из которого возможно возникновение общественного договора, национального соглашения, некой системы «сдержек и противовесов». Это заставило бы начальство прекратить реализовывать утопии и заняться, наконец, своими профессиональными обязанностями.



ИТАК, стратегической целью ответственных групп в стране является построение жизнеспособной экономики. Это позволит в краткосрочном плане обеспечить выживание всех, в среднесрочной - благосостояние большинства, в долгосрочном плане возможности развития: для тех личностей и социальных групп, которым все еще хочется прогрессировать в ХХI веке. Для чего надо построить эффективную государственность, использующую культурную кыргызскую традицию.

Задача построения такой экономики определяется не «близостью к интересам народа», не организованностью или уровнем патриотизма, не подлинно-социалистическими (демократическими, плюралистическими и т.п.) убеждениями или дипломированной близостью к «невидимой руке» А.Смита. Задача определяется потребностями и ценностями нормальных людей в обеспечении гражданского мира, культуры, образования и социальных гарантий. Нельзя забывать задачу материального обеспечения, возможности самореализации и общественного признания для любого «предпринимателя», нормального либерально-демократического равенства возможностей и элементарной социальной справедливости; возможности вертикальной мобильности для каждого желающего (а не только для холуев начальства и жулья).

Но для решения этой задачи - перестройки хозяйства - требуется разрешить проблему конкретного способа увязки трех «ноу-хау»:

1. Управление властной корпорацией как объектом и постановка ее под контроль формирующейся общественности.

2. Выращивание альтернативных государственным систем жизнеобеспечения и потенциальных очагов роста.

3. Постепенной смены функций существующих социальных институтов и постепенного же выстраивания новых самовоспроизводящихся горизонтальных связей между ними.







С.Масаулов,

17.02.08
Добавление комментария
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищенной ссылки Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите проверочный код в форму.
Если символов не видно, нажмите на картику для её обновления.